Советская операция "Прибой"

[selenga]

25 марта 1949 года власти СССР начали секретную операцию по депортации в Сибирь жителей Латвии, Литвы и Эстонии. На памятных церемониях в Таллинне и Риге главы государств заявили, что эта трагедия не должна быть забыта.


Советская операция "Прибой"


Утром 25 марта 1949 года советские власти начали тайную депортацию десятков тысяч жителей стран Балтии. Целью массовой высылки было получение окончательного контроля над территориями, оккупированными в 1940-м году вскоре после подписания договора о ненападении между Германией и СССР (пакт Молотова-Риббентропа).

В подготовке и реализации "Прибоя", по сведениям историков, участвовали более 76 тысяч сотрудников МГБ СССР и партийных органов. В течение последней недели марта 1949 года было депортировано около 95 тысяч людей: из Латвии больше 42 тысяч жителей, свыше 30 тысяч - из Литвы и более 20 тысяч - из Эстонии.

В вагонах для перевозки скота депортированных в основном вывезли в Сибирь без права на возвращение. Согласно оценкам исследователей, по дороге и в самой ссылке умерли тысячи человек - в общей сложности до 15 процентов депортированных.

После смерти Иосифа Сталина советские власти постепенно стали разрешать высланным жителям Балтии возвращаться на родину. Только спустя 40 лет, в ноябре 1989 года, Советский Союз признал практику депортаций незаконной.


https://www.dw.com/ru/75-let-operacii-priboj-v-stranah-baltii-poctili-pamat-zertv-deportacij/a-68665616

Comments

[suhajh]

А русня🤬, втч заселившаяся в дома депортированных, и их детки, и счас мечтають пафторить...
Думаете те, которые сейчас в «руском Крыму» глумятся над крымскими татарами, упиваясь безнаказанностью и превосходящей силой, — они морально лучше, чем эсэсовцы?
Только этот нароT виноват и в сталинщине, и в путинизме. Этот нароT и породил все эти режимы!= верить в «хороший, но обманутый» народ – это ПРИНЦИПИАЛЬНАЯ, ошибка!

[juan_gandhi]

Видите ли, стоило бы разобраться вообще с корнями этого всего. С русской интеллигенцией, задвигавшей своё принципиальное моральное превосходство над всякими там мещанами и куркулями. С благородными поручиками Ржевскими и Наташами Ростовыми, чья жизнь стоила, в глазах россиян, тысяч других жизней. Уже в середине 18-го века такой менталитет, моральное превосходство русских над всеми остальными, был вполне устоявшимся. И им типа всё можно, хотя и так-то нехорошо немножко.

стоило бы разобраться вообще с корнями...

[suhajh]

Ну пусть историки , или кому это интересно, рабираются: корни хреновые, или семена ... Но обычно сгнивший продукт отправляют на свалку истории. Все империи развалились и рашка развалится. Ну вот к примеру= шо обчего у чукчи с чеченцеми, или у татар с армянами? Кроме савецкой мовы ни че го❗

[olindom]

Нда... Чем больше узнаю... Но, всё начиналось намного раньше! Вот и попробуй отказаться от мысли, что нарот этих земель был испокон веков гнилым и подлым...

[suhajh]

Дидро: „Русские сгнили прежде, чем созрели“.

[olindom]

Да, ладно... Правда?? Дидро умер до Наполеоновской кампании! У него были контакты с русскими, приведшими к этому выводу?

[argument_q]

https://litmir.club/br/?b=102574&p=45


де Кюстин Астольф
Россия в 1839 году

Стр.45

Здесь очень легко обмануться видимостью цивилизации. Находясь при дворе, вы можете почитать себя попавшим в страну, развитую в культурном, экономическом и политическом отношении, но, вспомнив о взаимоотношениях различных сословий в этой стране, увидев, до какой степени эти сословия немногочисленны, наконец, внимательно присмотревшись к нравам и поступкам, вы замечаете самое настоящее варварство, едва прикрытое возмутительной пышностью.

Я не упрекаю русских в том, что они таковы, каковы они есть, я осуждаю в них притязания казаться такими же, как мы. Пока они еще необразованны — но это состояние по крайней мере позволяет надеяться на лучшее; хуже другое: они постоянно снедаемы желанием подражать другим нациям, и подражают они точно как обезьяны, оглупляя предмет подражания. Видя все это, я говорю: эти люди разучились жить как дикари, но не научились жить как существа цивилизованные, и вспоминаю страшную фразу Вольтера или Дидро, забытую французами: «Русские сгнили, не успев созреть» (160). В Петербурге все выглядит роскошно, великолепно, грандиозно, но если вы станете судить по этому фасаду о жизни действительной, вас постигнет жестокое разочарование; обычно первым следствием цивилизации является облегчение условий существования; здесь, напротив, условия эти тяжелы; лукавое безразличие — вот ключ к здешней жизни. Вы хотите узнать наверняка, что в этом большом городе достойно вашего внимания? Не надейтесь отыскать хоть один путеводитель(161), кроме Шницлера;[21] ни один книгопродавец не торгует полным перечнем достопримечательностей Петербурга, а просвещенные люди, которых вы станете расспрашивать, не заинтересованы в том, чтобы вы узнали правду, или же не располагают временем, чтобы беседовать с вами; Император, его местопребывание, его планы — вот единственный предмет, занимающий мысли тех русских, кто умеют мыслить. Этого придворного катехизиса им довольно. Все они жаждут угодить своему господину, укрыв от чужестранцев хоть какую-нибудь долю истины. Никто не печется здесь о благе любознательных путешественников; их охотно морочат поддельными документами; чтобы узнать Россию, нужно обладать превосходным критическим чутьем. При деспотической власти любопытство — синоним нескромности; империя — это нынешний император; если он в добром здравии, вам не о чем беспокоиться; вам есть чем занять сердце и ум. Если вы знаете, где пребывает и как живет этот зиждитель всякой мысли, этот движитель всякой воли и всякого деяния, то, русский вы или иностранец, не вздумайте спрашивать о чем-нибудь еще, даже о том, как пройти к месту вашего назначения, — а ведь в таких вопросах бывает острая нужда, поскольку на плане Петербурга обозначены только самые главные улицы.

И тем не менее даже этого страшного могущества царю Петру показалось мало; он захотел стать не только разумом, но и душой своего народа; он осмелился вершить судьбами русских в вечности, как командовал их деяниями в земной жизни. Эта власть, не оставляющая человека даже в мире ином, кажется мне чудовищной; монарх, не убоявшийся подобной ответственности и, несмотря на свой длительные колебания, мнимые или подлинные, запятнавший себя столь беззаконным самозванством, принес больше зла всему миру этим покушением на права священнослужителя и свободу совести паствы, нежели добра России своим полководческим даром, талантами государственного деятеля и предприимчивостью. Характер этого императора, послуживший образцом для подражания императорам нынешним, представляет собой причудливое смешение величия и мелочности. Властный, как жесточайшие тираны всех времен и народов, искусный, как лучшие механики его времени; дотошный и грозный, соединяющий в себе льва и бобра, орла и муравья, этот неумолимый монарх является памяти потомков; наподобие некоего святого и, словно ему недостаточно было при жизни самовластительно распоряжаться поступками своих подданных, желает из могилы так же самовластительно распоряжаться их мнениями; сегодня высказывать беспристрастные суждения об этом человеке небезопасно(162) даже для иностранца, вынужденного жить в России; здесь это почитается святотатством. Впрочем, я постоянно нарушаю этот запрет, ибо из всех повинностей для меня самая несносная — восхищение по обязанности.[22]

Как ни безгранична власть российских монархов, они до крайности боятся неодобрения или просто откровенности. Из всех людей угнетатель сильнее всех страшится правды; для него единственный способ избежать насмешек — наводить ужас и хранить таинственность...